b5ee11d1     

Дворецкая Елизавета - Корабль Во Фьорде 2



ЕЛИЗАВЕТА ДВОРЕЦКАЯ
СПЯЩЕЕ ЗОЛОТО
(КОРАБЛЬ ВО ФЬОРДЕ - 2)
Посвящается моей шведской подруге Сесилии Марии Юлии Бернсхольт.
Это руны бука, это руны брега
И разные руны браги,
И славные руны силы.
Кто помнит, не портя,
кто помнит, не путая,
Тому они будут во благо.
«Старшая Эдда»
Пролог
На пятый вечер после отплытия «Олень» пристал на узком еловом мысу. Западное побережье Квиттинга, вдоль которого он плыл на юг, населено довольно густо, и немного позади остались крыши какой-то усадьбы. Скейв кормчий даже уверял, что там гостиный двор, но туда было решено не заходить.
— Из-за Вигмара с нас опять потребуют целых пол-эйрира*! — сказал Гейр, вспоминая предыдущий ночлег. — Опять объявят, что держат гостиный двор не для оборотней, и будут коситься на нас всех, как будто у нас из штанов торчат троллиные хвосты!
Гейр усмехнулся, вообразив у себя троллиный хвост, но решение его было вполне серьезно. Ему шел лишь девятнадцатый год, но, будучи сыном Кольбьёрна из рода Стролингов, хозяина корабля, он считался на «Олене» старшим. В другое время пол-эйрира не слишком бы его смутили, но сейчас ему хотелось показать, как хорошо он умеет беречь родовое добро.
— Так, так, или станут гонять Вигмара между двух костров! — поддакнул его сводный брат, Книв1.
Вигмар сын Хроара, сидевший за передним веслом, хмыкнул, не оборачиваясь. Гейр настороженно посмотрел ему в спину: не обиделся ли? При каждом гребке по спине Вигмара перекатывались тринадцать ярко-рыжих кос, длиной до самого пояса, связанных на шее в общий хвост.

Вместе с теми двумя, что заплетаются на висках и заправляются за уши, как положено у знатных квиттов (хотя до Стролингов роду Хроара-С-Границы было далеко!), получалось пятнадцать.
— Отец тебя похвалит за такое благоразумие! — сказал Вигмар, мельком глянув назад. — Очень умно беречь серебро по дороге на торг — ведь на обратной дороге у тебя его не будет вовсе!
Глаза у Вигмара были желтые, черты лица — резкие и острые, широкий рот имел какое-то хищное выражение. В усмешке блеснули белые зубы — увидев эту усмешку, хозяин предыдущего гостиного двора потребовал пол-эйрира «за то, чтобы пустить в дом оборотня».
Братья переглянулись, Гейр нахмурился. В речах Вигмара не так легко было разобраться и понять, где он шутит, а где насмехается. Книв, более уступчивый, двинул бровями, намекая, что с этим бешеным нечего связываться.

Но Гейр думал иначе: род Стролингов уходил корнями слишком глубоко во мглу древности, чтобы предки позволили своему отпрыску терпеть насмешки.
— Что ты такое хочешь сказать, Вигмар Лисица? — сурово начал Гейр. — Не думаешь ли ты, что после торга у меня не хватит серебра заплатить за ночлег?
— Вон там хорошее место! — крикнул с кормы Скейв, и Гейр оглянулся посмотреть, куда он показывает. — Можно пристать!
В глубине души он был даже рад, что их прервали: спорить с Вигмаром было что играть с огнем: увлекательно, но опасно.
На песчаной полосе перед ельником виднелось несколько черных кругов от старых кострищ. Они же служили указанием, что сюда не доходит приливная волна, а возле воды в берег была вбита надежная свая — привязать корабль, если не хочешь его вытаскивать.

В ельник уводила неширокая, но утоптанная тропа — множество ног ходило туда за дровами и ради иных, не менее необходимых дел. Как видно, не только дружина «Оленя» предпочитала летом сберегать серебро и ночевать под открытым небом. Как говорится, в усадьбе Химмельбло — Небесный Свод.
«Оленя» вытащили на берег, развели костер — и сразу стало видно, что



Назад